iov75 (iov75) wrote,
iov75
iov75

Categories:

Об идее будущего. «Замысел» Творца Ч 1.



«Перестали понимать русские люди, что такое Русь: она есть подножие Престола Господня».
Св. прав. Иоанн Кронштадтский

Начиная с древнего Сократа-Платона, идея всегда находилась по ту сторону физического, биологического мира. Это некая совершенная мыслеформа, чьё корявое отображение мы наблюдаем в реальности несовершенно-вещественного и случайного мира. Это не царство Божие, и Христос обращается не к ангелам, а к «роду лукавому и прелюбодейному».

В каком-то смысле, русская идея – это «замысел» Творца о нас, как о народе. Что дает опосредованно нам право так считать? Мы знаем народ, который Творец избрал для Своего замысла, заключив с ним союз. Правда об этом говорится в Св. Писании, принимаемом всей христианской Церковью и русской, в частности. Мы не можем похвастаться таким веским, священным аргументом.

В нашем случае, всё, чем мы располагаем, это утверждениями некоторых старцев прошлого и некоторых русских святых (также прошлого), об особой миссии русского народа.Так, святой Иоанн Шанхайский пишет: «Когда окончатся страдания твои (России), правда твоя пойдет с тобой, и слава Господня будет сопровождать тебя. Придут народы к свету твоему, и цари — к восходящему над тобой сиянию. Тогда возведи окрест очи твои и виждь: се бо придут к тебе от запада, и севера, и моря, и востока чада твоя, в тебе благословящая Христа во веки!»

Есть и светские варианты. Отец русского либерализма Петр Чаадаев писал в XIX веке, что миссия России заключается в том, чтобы давать цивилизованному миру отрицательные уроки — «как не надо делать». С этой задачей мы справились: показали на собственной шкуре всю несостоятельность марксизма, либерализма и прочих «прелестей».

Причём «замысел Творца», чтобы быть осознанным, принятым нами, должен быть донесён в понятной для людей (объективно ограниченных знаниями о мироздании той или иной эпохи) форме. В ясном содержании, которое они готовы и желают вместить. Что в свою очередь предполагает нашу способность постичь (разум) и принять (нравственность) это Откровение. «Еще многое имею сказать вам; но вы теперь не можете вместить» (Ин.16:12). Не думаю, что это простая задачка. Кто мы, а Кто Бог!? Тем паче, что подобное Откровение носило бы универсальный для всех времен, эпох и народов «характер». «Не написано ли: дом Мой домом молитвы наречется для всех народов?» У одного избранного народа – это не сложилось …

Почему «русскую идею» ищут давно, а когда «находят», то несмотря на всю ценностно-смысловую важность найденного ( в народосбережении, финансово-экономической, государственной мощи, «духовных скрепах», вековых традиций, в нравственности), это всегда немного не о том? Я не отрицаю важности этих элементов. Они совершенно необходимые составляющие для полноценного развития страны. Но этого недостаточно. Как и современный запрос на социальную справедливость, то, о чём я говорил выше, об идее, предполагает осознанное участие всех представителей народа, в реализации этого запроса.

Владимир Даль очень тонко заметил: «Не может же русский человек быть счастлив в одиночку, ему нужно участие окружающих, а без этого он не будет счастлив…». Думаю, многие осознают насколько утопичным выглядит этот запрос. Формально, да. Хотя когда-то утопичным осознавался (в рабовладельческом Риме) мир, в котором отсутствует Пантеон богов и божественный император. Этого не может быть, потому что этого не может быть никогда! Однако жизнь показала … может.

Далее, с «поиском идеи» сопряжена одна (из бесчисленного множества) «ловушка дьявола». Мы это уже проходили. Когда несогласных с «единственно правильной идеологией» людей, если и не уничтожали безжалостно, то по крайней мере, считали выброшенными за борт общественно-политической жизни. Со временем (все течет, все меняется) «машина насилия» (гос-во), изжив одну «правильную» идеологию, затыкала идеологическую брешь - другой «правильной» идеологией. В итоге, мы веками просто топчемся на месте, оказавшись в этой ловушке.

Хитрость в том, что апологеты «народ для Идеи», «народ – носитель Идеи», «народ – служитель Идеи» и т.д., наступают на те же «грабли». Пытаются засунуть «небеса в свою голову», и от этого их голова лопается. На выходе мы имеем первоклассную демагогию от первоклассных пропагандистов. То есть, смыслов в посланиях невероятно много, но действительной пользы - ноль.

Например: «Судя по нашей истории, нашему устремлению в космические выси, нашему эсхатологическому мировоззрению, смысл русской идеи в поиске Истины и беззаветном служении ей. Масштаб нашей национальной идеи невозможно осознать без погружения в борьбу добра со злом, без постижения смысла мировой истории и роли России в ней. В этом масштабе, в этой устремлённости к истине, правде, добру, справедливости и заключается наша национальная идея – замысел о нас Творца, наш национальный идеал, наша миссия и наше призвание в истории человечества.

Кто способен понять или хотя бы интуитивно осознать этот замысел-промысел? Каждый ли человек, при всей нашей к нему любви и уважении, готов вместить в себя такой масштаб? Скорее нет, чем да. Даже более простые вещи из школьного курса учителя вынуждены объяснять по многу раз. Иногда и прибегать к санкциям. Ручей не может вместить в себя океан. И ничего в этом плохого нет. Ручей прекрасен как ручей, океан – как океан. Просто у них масштаб разный» (Александр Рязанов: «Идеологический манифест»).

И что с этим месседжем делать? В практическом смысле?

Я соглашусь с замечательным тезисом о «замысле Творца». По - хорошему, главные и высокопрофессиональные эксперты по «замыслу Творца» у нас имеются. Они пользуются всеми материальными благами (абсолютно недоступными рядовому гражданину), колоссальной властью и невероятным авторитетом. Но судя по тому, что наш общечеловеческий Титаник находится в активном поиске очередного айсберга – «замысел Творца» может совсем не совпадать с тем, что они думают об этом «замысле». Вот почему вопреки распространённому мнению об их «всезнании» (как универсальной панацеи от всех возможных бед), практический толк от этого «знания» в решении нашей проблемы = 0.

Почему так? Идея о «замысле» Творца – это «объект» для бесчисленных манипуляций, потому что ничего не говорит о Его мотивах, намерениях. Богословских спекуляций на эту тему хватает, а вот ясности как нет, так и не будет. «Ибо кто познал ум Господень? Или кто был советником Ему?… Ибо все из Него, Им и к Нему» (Рим. 11:34.36). Понятно, что в современном релятивистском сознании серьёзные размышления об этом лежат в сфере психиатрии: «Если я разговариваю с Богом – это называется молитва. Если Бог говорит со мной, то это шизофрения».

Но так было не всегда и так будет не всегда: «Придет же день Господень, как тать ночью, и тогда небеса с шумом прейдут, стихии же, разгоревшись, разрушатся, земля и все дела на ней сгорят. Если так всё это разрушится, то какими должно быть в святой жизни и благочестии вам, ожидающим и желающим пришествия дня Божия, в который воспламененные небеса разрушатся и разгоревшиеся стихии растают? Впрочем, мы, по обетованию Его, ожидаем нового неба и новой земли, на которых обитает правда» (2Пет.3:10-13).

Было время, когда высокопрофессиональные эксперты по «замыслу Творца», предложили эсхатологическую идею: «Москва - третий Рим». Россия – это последний оплот вселенского христианства. «Предназначение русских – сохранение Православия до Страшного суда». Москва – это и есть тот загадочный «удерживающий» мир от власти Антихриста. Вселенского зла. Эта идея столетиями «духовно скрепляла» всё русское общество, мотивируя его на славные подвиги. Именно она сыграла ключевую роль и в героической истории нашего Отечества. Сейчас от этой идеи те же эксперты «Господа» … отказались. Что ставит под сомнение их профпригодность как в прошлом, так и в будущем.

Во всяком случае, председатель Отдела внешних церковных связей (ОВЦС) Московского патриархата митр. Иларион (Алфеев) вполне искренно говорит: «Я не считаю, что мы сегодня можем использовать концепты, которые сложились много веков назад, которые отражали определённую историческую реальность, которые вряд ли применимы к сегодняшней реальности… Конечно, Россия, это страна с очень глубокими христианскими корнями… Но это не повод для какого-то триумфализма и не повод для создания каких-то геополитических теорий, которые могут при определённом дуновении ветра рассыпаться, как карточный домик» (Программа "Церковь и мир" от 13 июля 2019 года - Россия 24).

Дмитрий Скворцов считает иначе: ««Третий Рим» – это не текущее состояние Руси, а её призвание. Та самая национальная идея. Идея государства, созданного Церковью. Так кому же, как не Церкви, возрождать её. А не объявлять не соответствующей «сегодняшней реальности»… А то, что именно Россия – «Третий Рим», закреплено в самом акте учреждения Московского патриархата. Того самого патриархата, который и представляет пред миром владыка Иларион… В Уложенной грамоте об учреждении Московского патриархата, подписанной в 1589 г. Константинопольским, Иерусалимским, Александрийским патриархами и местоблюстителем Антиохийской кафедры провозглашается: «Поскольку ветхий Рим пал ересью, Второй же Рим, то есть Константинополь безбожными турками обладаем; твое же, о благочестивый царю, Великое Российское царствие, Третей Рим, благочестием всех превзойдет и ты един под небесами христианским царём именуешься во всей вселенной всеми христианами» (сокращённый перевод на современный русский мой. – Д.С.).



Член синодальной Богословской комиссии и Межсоборного присутствия РПЦ прот. Андрей Новиков ещё в 2009 писал: «На ком, как не на едином Русском Мире лежит ответственность за отстаивание православной веры и нравственности в планетарном масштабе? При всем уважении к народам Греции, Болгарии, Румынии, к православным арабам их влияние на мировое общественное мнение, к величайшему сожалению, равно где-то 0,001%. И помочь, в том числе и им, оградиться от набирающего силу агрессивного секуляризма и воинствующего антихристианства способен только Русский Мир. Это не превосходство его, а тяжелейшее и ответственейшее служение, отказ от которого станет катастрофой уже не только для народов Русского Мира, но для всей человеческой цивилизации».

Это «серьёзная» идеологическая заявка в будущее, которая при определенной политической воле и благоприятных условиях, может претендовать на геополитический Проект в будущее. Однако стоит помнить – «может» … не значит «стать».

Я солидарен с Ниной Васильевной Синицыной: «Задача исследователя в том и состоит, чтобы понять ход мыслей Филофея, понять, какие "пророческие книги" имел он в виду и почему из этих книг он сделал такие выводы. Символы четырех царств древности: Вавилонского, Мидийского, Персидского и Македонского. Из греческой рукописи XI века.

Так вот, толкователи книги пророка Даниила объясняют, расшифровывают его слова как указание на четыре мировые империи, которые последовательно сменяют друг друга. Историософия древности и Средних веков исходила из представления о том, что существует одна-единственная мировая империя, которая может иметь разные воплощения, может менять свое географическое расположение, но остается той же империей. Самым древним ее воплощением считалась Вавилонская (или Ассиро-Вавилонская) империя, за ней следовали Мидийская (или Персидско-Мидийская), Греческая империя Александра Македонского, а последней – империя Римская, в которой в конце времен появится антихрист и будет уничтожен Иисусом Христом, после чего настанут "новое небо и новая земля", то есть вечное небесное царство Божие. По этой логике Римская империя становится гарантом того, что вплоть до конца времен, до апокалиптических событий никаких великих потрясений в земной истории уже не произойдет. В теории translatio imperii (передача, перенос) империя – это, в сознании того времени, если можно так выразиться, "переходящий вымпел", поэтому многие государства стремились отождествить себя с Римской империей, присвоить римское имя.

Сама мысль о "константинопольской вотчине" московских правителей – не русского, а западного происхождения. Впервые об этом в 1473 году Венецианский Сенат писал Ивану III, говоря о его правах, якобы возникающих на основе брака с представительницей императорского дома. А в 1518 году римский папа Лев X пытался привлечь московского великого князя к участию в очередном крестовом походе против турок, надеясь его соблазнить "константинопольской вотчиной". Это в плане реальной политики. Что касается историософии, то мысль о наследовании павшей империи была опасной: унаследовав ее судьбу, можно было повторить ее финал. Умы и других мыслителей того времени занимал вопрос о будущих судьбах царства. Так, дипломат и публицист Ф. И. Карпов, современник Филофея, в послании к митрополиту Даниилу обсуждал вопрос, чтó необходимо для того, чтобы гарантировать "вечность царства", и отвечал, что "закон и правда" нужны ему прежде всего, а не терпение как норма политической жизни. А Филофей возводил Третий Рим не к Византии. Размышляя о духовных путях, он находил более древние, а потому более прочные корни».

Как мы знаем, в безбожном СССР - этот, говоря словами прот. Андрея Новикова, тяжелейший и ответственейший «замысел» Творца был просто выброшен на свалку пыльной истории. Российская Империя повторила финал Византийской, чтобы возродившись как мифический Феникс, явить человечеству принципиально новый геополитический Проект! В нём знание (разум) и принятие Идей (нравственность) имели принципиально иные безусловные аксиомы. И хотя путь к высшей цели («светлое коммунистическое будущее») и был усеян мегатрупами и гигапокойниками, значительное большинство не считало творцов «красного проекта» - сумасшедшими, безумными людьми. После их кончины их оплакивали. Им ставили памятники. Их ставили в пример подрастающим поколениям. Их плакаты не висели разве что в клозете. Но … и это прошло.

В современной ненормальной нормальности, для меня нет проблем в признании очевидного факта. Современные люди обладая такой невероятно-гибкой способностью приспосабливаться к новым, взаимоисключающим идеологическим парадигмам, просто не способны иметь жестко-табуированные нравственные нормы. «Категорический императив» Канта, это просто его личная проблема и его личный императив.

Я думаю, мы имеем дело с каким-то невероятно-мощным, очень древним психологическим «механизмом» защиты, адаптации коллективной души с низостью и патологической порочностью общества. Мол, общество, меняющее идеи, как перчатки, обречено на «чаадаевское проклятие». Культура тонкая, хрупкая преграда на пути всепобеждающего, наступающего хаоса. Культурный прогресс возможен в двух ипостасях – духовной и интеллектуальной. Эти две «лошадки» и тянут телегу страны-цивилизации. Любой перекос ещё шире приоткрывает «Пандоров ящик» и ускоряет стрелки часов «Судного дня».

То, что мы называем в широком смысле этого слова Природой, не даст нам ответа на вечные вопросы о добре и зле, гармонии и уродстве, божественном и демоническом. Нам самим придётся отвечать на эти вопросы. У мироздания ответов для нас нет. Сегодняшняя попытка спрятаться за научный, философский релятивизм (в религии – экуменизм), это отказываться видеть «голого короля». Хотя и в целом, это устраивает современного человека.

На мой взгляд постоянство, бесконечность поиска «русской идеи» - связано с нашими отчаянными надеждами о смысле нас самих, а не с загадочным, неразрешимым (как сегодня многим кажется) «молчанием», «безразличием» и «равнодушием» Творца.

И также, возможно, полнота понимания истинных смыслов Откровения Творца (которое всегда для одних будет абсолютно полным, а для других недостаточным), обращено к людям будущего, а не к нам стоящим на более низком этапе духовного развития.

продолжение следует.

Tags: Россия, возможное будущее, история, общество, политика и религия, публицистика, философия
Subscribe

promo iov75 апрель 4, 2020 17:07 3
Buy for 40 tokens
Читаю книгу Адама Меца «Мусульманский Ренессанс». Это второе издание Академии наук СССР (институт востоковедения). Издательство «Наука» 1973 г., в переводе Д.Е. Бертельса. Ответственный редактор В.И. Беляев. Немного о книге. Книга швейцарского востоковеда Адама Меца…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 13 comments