iov75 (iov75) wrote,
iov75
iov75

Как был не понят Достоевский

Помню, в классе восьмом мы проходили по программе «Преступление и наказание». Вероятно, в то время такое преступление могло быть. Но суть в чем, интересно, что мы 13-14 летние подростки могли понять, что написано в книге?

Запомнилось, что Родион Раскольников жил в Петербурге, в комнате, похожей на гроб, и долго размышлял, глядя на происходящую действительность, «тварь ли он дрожащая, или право имеет», т.е. право на убийство. Он никак не задумывался, что произойдет с ним самим, с его душой. Тогда мы писали сочинение, а что мы могли написать, совершенно ничего не понимая. Мармеладов казался опустившимся человеком, повинным в гибели семьи и Сони. Соню, я осуждала за то, что она не пошла на церковную паперть и т.д.

Но мы совершенно не знали, в каком Петербурге это могло произойти. Только в столичном, где люди выживали, как могли, когда от ближних нечего было ждать, когда люди смеялись над чужим горем. И там же где стояли церкви, были публичные дома. В имперской – безбожной России…

Сейчас, перечитав это произведение, потому что его проходила в 10 классе моя дочь, я увидела все иными глазами.Какие невероятно чистые души и характеры вывел в своей книге писатель. Как чист и благороден Раскольников, его друг по университету, его сестра и мать. Как они преданы и верны своей любви. А Соня, которая боится ступить в любое помещение с «порядочными» людьми, но обладающая такой силой духа, что следует за Родионом на каторгу, а перед этим просит его поцеловать землю, потому что он осквернил ее.

Раскольников глубоко уязвлен тем, что совершив преступление, душа его осталась такой же. Он не циник, не вор. Идейное убийство не придало ему ни сил. Не произошло и «благородной» раздачи деньги нищим.

Кровавые деньги не приносят счастья. Глупое преклонение перед Наполеоном, который когда-то обагрил кровью саму Россию, действительно, оказалось глупым. Нельзя поклоняться человекоубийце.

И даже на каторге каторжане ненавидят его! Вроде все преступники, но они выдвигают ему главное обвинение: «Ты безбожник!» - и готовы убить его за это. Ненавидят его и за то, что он холоден к хрупкой доброй Соне, которая передает письма, приносит гостинцы. Ее каторжане обожают всей душой. Доброта Сони искренна, жертвенна и она проникает в душу Родиона, возрождает его. И уже на будущее они смотрят светло, еще 7 лет каторги, но это уже не давит на душу, которая любит, и любит во Христе.

Что сказать о других произведениях: например, «Идиот» - он полон истеричных особ, с переломанными судьбами. «Униженные и Оскорбленные» - слишком наивно. «Белые ночи» - неправдоподобно красивы. «Братья Карамазовы» - очень серьезный роман, в котором опять таки замешана неуравновешенная женщина. «Бесы» - роман пророческий - для тех, кому интересно прочесть, как люди превращаются в демонов (в частности Ставрогин).

А в наше время, хочется сказать словами Мармеладова: «Ведь должен же быть, чтобы кто-то пожалел меня…Как же без этого жить?»

…И сейчас, как в 90-ые все чаще видишь мужчин и старичков у помоек. В центре занятости не хватает мест, от бешеного количества людей, потому что их всех сократили. Каждый день очереди. И я не уверена, что мы кому-то нужны, кроме своих близких. И это, видимо, только начало.

Сегодня у Ф.М.Достоевского было бы много идей для психологически-социальных романов.
Только его нет, и про это … никто не напишет.

Зато на улице телерепортеры задают шутливый вопрос, типа: «На сколько дней вы готовы не пользоваться мобильным телефоном?» Лучше бы им туда в центр занятости заглянуть, шутникам.

Д. Михайлова

поддержать автора:

сбербанк (маэстро): 639002409032336162
webmoney:
WMZ – Z052571215512
WMR - R927455974319

Tags: Михайлова
Subscribe

promo iov75 april 19, 2020 13:34 10
Buy for 40 tokens
Первая решительная победа жизни над смертью. Непрерывная война между ними – между живым духом и мертвым веществом – образует, в сущности, всю историю мироздания. Хотя и много насчитывалось побед у духа до Воскресения Христова, но все эти победы были неполные и нерешительные, только…
Comments for this post were disabled by the author