iov75 (iov75) wrote,
iov75
iov75

Кто придет после ИГ?*

С объявленной победой иракских правительственных сил в Мосуле, объявлением о гибели гибели главаря ИГ Абу Бакра аль-Багдади, идущими в Сирии боями в Ракке и подготовке к операции в Дейр-эз-Зор вопросы о том, какие формы примет радикальный исламизм на Ближнем Востоке и как будет перекроен регион, звучат все чаще.

Интересы больших игроков

Для американцев картина дня и перечень угроз их интересам примерно ясны.

Они считают, что если ничего не делать после разгрома ИГ, то вакуум власти в регионе заполнят Россия и Иран с помощью шиитского ополчения разного толка и движения «Хезболла». Допустить этого в США не могут, так как это даст слишком много власти Ирану, это будет являться угрозой интересам союзных американцам Израиля и Иордании, это будет означать усиление антиамериканских настроений на Ближнем Востоке, это в конце концов, будет подогревать складывающееся мнение в регионе, что США — ослабевающая держава, которая больше не в состоянии влиять на Ближний Восток.

Более того, с исчезновением видимого общего врага, скорее всего обострятся все текущие конфликты между курдами и турками, Эрбилем и Багдадом, саудитами и иранцами в Йемене, египетскими властями и террористами внутри самого Египта, монархиями Залива и Катаром, сирийскими властями и Израилем, турецкими исламистами и сторонниками более светского пути. Ожидается, что шиитский проповедник Муктада ас-Садр, бывший премьер-министр Ирака Нури аль-Малики и нынешний премьер Хайдер аль-Абади обострят свою борьбу за власть в стране.

В США сегодня рассматривают варианты по постоянному военному присутствию в Ираке и Сирии. Вопрос в том, на каких условиях и в каком количестве. Какова будет поддержка курдов, если вообще будет, учитывая важность отношений с Турцией. Если США прекратят помогать курдам, то курды, нехотя, но без вариантов начнут искать поддержки у сил, аффилированных с Ираном, правительственной Сирией и Россией.

И главный внутренний вопрос в США: насколько долго американцы смогут выдержать нейтралитет во всем этом клубке конфликтов в регионе и каковы риски прямых столкновений американцев с про-иранскими силами или российскими военными.

Куда пойдут боевики ИГИЛ

О том, что будет с террором после ИГ рассуждают как минимум уже год. Пока существовало два основных предположения, что место ИГ займет Аль-Каида*, и что остатки ИГ и Аль-Каида смогут договориться и создать общий фронт. Ни то, ни другое предположение пока не материализовалось, и не видно особых предпосылок к этому.

Несмотря на постоянные громкие заявления Аль-Каида сегодня уже не играет столь существенной роли в мире террора, тем более после разрыва с Ан-Нусрой* в Сирии в 2016 году. У Аль-Каиды банально вряд ли хватит сил заполнить вакуум.

Также нет никаких свидетельств тому, что боевики ИГИЛ будут вдруг стремиться создавать вместе с Аль-Каидой какое-либо совместное движение. Взаимная ненависть членов двух группировок друг к другу настолько сильна, что шансы на их объединение ничтожно малы.

Хотя Али Суфан, автор книги «Анатомия террора: от смерти бин Ладена до рождения Исламского государства», считает, что крах ИГ покажет исламистам всего мира, что стратегия Аль-Каиды на создание халифата только на последней стадии джихада, когда население уже полностью и добровольно разделяет убеждения исламистов, более продуктивна, чем скороспелый халифат в версии ИГ, когда выбор был один — смерть или признание власти экстремистов.

Скорее бренд ИГ не сойдет со сцены в ближайшее время даже после потери контроля над городами в Сирии и Ираке. Физическое подавление ИГ и торжество шиитов вряд ли позитивно скажется на настроениях суннитов, и суннитский террор так или иначе снова поднимет голову.

Большинство зарубежных экспертов сходятся на том, что ИГ использует свой опыт «государственных дел» в области взимания налогов, торговых операций, ведения бизнеса. То есть в отличие от предыдущих организаций будет иметь гораздо большие независимые финансовые возможности, а значит сможет оплачивать террор как в Ираке и Сирии, так и перенести его в страны Запада.

Первые признаки

Пока в Мосуле девять месяцев шли бои и ИГ теряло квартал за кварталом, в других городах Ирака ситуация была не столь радужная. В освобожденном Рамади из полиции исчезали доказательства причастности тех или иных лиц к ИГ, свидетели боялись давать показания против исламистов, а за взятку в 20 долларов можно было купить себе пропуск в город или пройти проверку на блокпостах. В Киркуке за взятку у полиции выкупали подозреваемых в связях с ИГ. В провинции Салах ад-Дин мэру одного из городов от исламистов приходили угрозы расправы. По мнению иракских военных, в провинции Анбар остались «спящие ячейки» ИГ, готовые снова начать боевые и террористические действия. В Рамади списки коллаборантов с ИГ состоят из тысяч имен, проверить причастность каждого пока нет физической возможности.

Институт по изучению войны (Institute for the Study of War) еще в феврале вынес предупреждение, что среди суннитов в Ираке начало формироваться новое повстанческое движение. По данным Института, тарикат Накшбандия, «Революционные Бригады 1920» и баасисты города Хавиджа в иракской провинции Киркук заявляют о своем намерении бороться против существующей иракской власти и после разгрома ИГ. Более того, разгром ИГ сыграет им только на руку, так как устранит главного конкурента.

В 2018 году в Ираке должны пройти парламентские выборы и выборы в провинциях (от проведения которых в Ираке в этом году отказались буквально на днях). Башар Асад зимой не исключал возможности проведения досрочных президентских выборов в Сирии до 2021 года, но только после победы на террористами.

Летом 2013 года во время выборов в провинциях у суннитов Ирака не было единой политической силы, которая могла бы бороться за их права и противостоять политике премьер-министра Нури аль-Малики. В 2013 году в Рамади на акциях протеста уже были замечены флаги ИГ. Через год, в 2014-м, политическая раздробленность суннитов, отсутствие политической реализации недовольства населения и жесткое подавление суннитских протестов привело к легким победам ИГ, которое умело сыграло на настроениях населения.

В 2007 году Джордж Буш, на тот момент будучи президентом США, посетил провинцию Анбар, чтобы символично подчеркнуть, что Аль-Каида разгромлена и жизнь налаживается под властью центрального правительства Ирака. Семь лет спустя ИГ практически берет всю провинцию под свой контроль.

Сегодня снова встает вопрос: если ни одна проблема, приведшая ИГ к власти над частью территории Ирака, так и не решена, то сколько времени понадобится исламистам, чтобы опять поднять голову?

*Террористические организации, запрещенные на территории России

Илья Плеханов
http://navoine.info/is-aftermath.html


Tags: ИГ, радикальный исламизм
Subscribe

promo iov75 november 27, 19:24 Leave a comment
Buy for 40 tokens
Эсхатологические представления вырастают на базе повседневных эмпирических наблюдений, продиктованных желанием определить все возможные связи и параллели между «миром» (извечным порядком) природы и находящимся в стадии становления «миром» людей, но оформляются они на…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments