iov75 (iov75) wrote,
iov75
iov75

Categories:

Превыше всего

Честный роман о церковной жизни



Буквально в эти дни в продажу поступает новая книга, выпущенная издательством ЭКСМО, — роман Дмитрия Саввина «Превыше всего: роман о церковной, нецерковной и антицерковной жизни». Интерес к книге большой, ее ждут, ждут во многом благодаря вышедшей в том же издательстве полгода назад книги Марии Кикоть «Исповедь бывшей послушницы».

Книга Кикоть произвела фурор в обществе, потому что была полна откровений о жизни российского женского монастыря, причем главная сенсация «Исповеди» заключалась в том, что были названы подлинные имена героев происходивших событий, то есть книга стала документальным источником.

Подобных откровений, разоблачений ждут и от романа «Превыше всего», в котором описывается жизнь некой сибирской епархии.

Сам автор, Дмитрий Саввин, родился в 1984 году в Чите. Там он воцерковлялся в начале нулевых, участвовал в епархиальной жизни в качестве алтарника, иподиакона, референта правящего архиерея, редактора епархиальной газеты, преподавателя (по образованию автор — историк). Впоследствии Дмитрий переехал в Петербург. Книгу он начал писать в 2013 году и работал над ней более двух лет.

По убеждениям Дмитрий Саввин позиционирует себя как монархиста, правого националиста, занимает активную политическую позицию, из-за которой в 2014 году попросил убежище в Латвии, где и проживает сейчас.

Так как автор романа из Читы, из Забайкалья, то сразу возникает предположение, что в романе описывается жизнь Забайкальской епархии начала нулевых, когда там правящим архиереем был широко известный епископ Евстафий (Евдокимов). И с первых страниц романа читатель встречает прибывающего в епархию епископа по имени Евсевий (Никодимов).

Епископ Александровский, бывший Читинский, Евстафий уже упоминался на «Ахилле» не раз: в материалах «Благочестивый фасад религиозной детоксикации» и «Плохо молитесь… мало верите».
Но не все так просто: автор уже в предисловии к роману убеждает читателей не попадаться на удочку простых выводов: это не мемуары, это роман, соответственно, прототипы у героев есть, но все равно книжные герои выдуманы, не тождественны конкретным людям.

Только что рукоположенный епископ, много лет бывший игуменом монастыря в Центральной России, известный своими талантами строителя, прибывает в некую бедную Мангазейскую епархию. И там, чуть освоившись, начинает эпопею построения кафедрального собора, который должен стать первым по величине в Сибири, и вторым — после храма Христа Спасителя. Отсюда, кстати, и название романа: «Превыше всего», потому что главным героем романа является не только, и не столько сам епископ Евсевий, а собор, вокруг строительства которого и разворачиваются события.

А события разворачиваются самые разные: автор, как человек хорошо знающий епархиальную жизнь изнутри, очень грамотно показывает изнанку этой жизни. Снаружи люди видят храмы с куполами, слышат колокольный звон, видят иногда попа с кадилом, но больше, по сути, люди не видят ничего. Причем не только светские, нецерковные люди, но и большая часть прихожан, для которых батюшка — это лишь агрегат в ярком облачении, который накрывает епитрахилью, дает звучные возгласы и берет денежку за панихидку. То, что у этих людей в черном, оказывается, есть обыденная, личная жизнь, да еще и полная тех же самых проблем, страстей и — о боже! — грехов — люди понимать отказываются.

И вот в романе мы видим, что священниками становятся семнадцатилетние юнцы, которых благословили срочно жениться, потому что иначе рукоположения не видать. Видим, как семейная жизнь таких священников через несколько лет разваливается, и священник сам ударяется в «блудные грехи», потому что жена его не любит и сама давно спит с другим.

Видим, как в попы идут проворовавшиеся бывшие офицеры, которые в религии видят аналог армейской казарменности, и которые привносят этот дух и в приходскую, епархиальную жизнь.

Видим, какую роль в жизни епархии (и не только выдуманной Мангазейской, но почти в любой) играют различные прихлебатели, вроде описанных в романе знаменитых на всю Россию келейниц-монахинь, которых называют архиерейшами.

Видим, как постепенно рулевыми церковного корабля становятся деньги и спонсоры, а не благочестие и человечность.

И главное: видим, как слова церковных деятелей, от архиерея до последнего завхоза или архиерейского водителя, отличаются от дел ровно противоположным знаком. Когда архиерей на проповеди говорит, что «церковь не в бревнах, а в ребрах», но при этом урезает всем зарплаты так, что священники и причетники начинают стонать на грани голода, когда дела милосердия, миссия, просвещение отодвигаются в сторону, потому что нужно успеть построить собор к приезду патриарха. Когда, чтобы наказать неугодного священника, вспоминают наспех канон, по которому священник якобы согрешил, а если не согрешил, так всегда есть распрекрасный канон «досадил архиерею» — зато когда другой поп нарушил десять канонов и в десять раз более тяжело, но вовремя занес нужную сумму в конвертике в епархиальное управление, тогда можно и икономию проявить. Когда, несмотря на произносимые ежедневно проповеди о любви, честности и милосердии, работает железное правило, известное, наверно, в каждой епархии: «кто первый к архиерею пришел — тот и прав».

Поэтому автор поступил мудро, не став упоминать конкретных людей: это не роман-обличение, не месть, это правдивый рассказ о настолько типичных случаях и порядках церковной жизни, что вместо выдуманной Мангазейской может быть буквально любая епархия. И в этом главное достоинство этого романа.

Конечно, с литературной точки зрения роман не шедевр (хотя и не плох), некоторые герои малоубедительны. В книге слишком много персонажей, слишком подробно (и поэтому зачастую скучно) описываются биографии этих героев, характеры иногда берутся и потом бросаются на полдороге без развития. Где-то к середине книги начинаешь уже читать менее внимательно, пролистывая страницы.

Но читать роман надо, это крайне полезное чтение именно для тех, кто мало представляет себе, каково это — быть священником или епархиальным работником (или даже архиереем). Читать нужно для того, чтобы знать, пусть и часто некрасивую, но правду, а правда в том, что священники — тоже люди…

Автор наверняка услышит немало критики и обвинений в свой адрес из рубрики «ты сам весь во грехах родился, и нас учишь?!», особенно от тех, кто узнает себя в персонажах романа, но книга в целом правдива.

Фурор она не произведет, трудно уже расшевелить общество после «Исповеди послушницы», но свой вклад в честное описание церковной жизни она, несомненно, внесет.

АЛЕКСЕЙ ПЛУЖНИКОВ
http://ahilla.ru/chestnyj-roman-o-tserkovnoj-zhizni/



Tags: творчество
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • По дороге к ... бессмертию

    В продолжении: В России создан научный консорциум, который займется долголетием для будущих правителей мира А Вы бы хотели обрести БЕССМЕРТИЕ !?…

  • В этот день 2 года назад

    Этот пост был опубликован 2 года назад!

  • Биг Фарма как мафия

    Политэкономия медицины Луи Бровера Я уже писал, что во Франции в конце ХХ века два профессиональных медика, доктор Жак Лаказе (Jacques…

promo iov75 september 10, 09:37 Leave a comment
Buy for 40 tokens
Христианство – смерть врагов на войне не является убийством... Ч. I Крайне важно, для нашей темы, познакомится с мнением блаженного Августина: «Естественный порядок вещей, стремящийся к установлению мира среди людей, требует, чтобы решение и право начать войну принадлежало…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments