iov75 (iov75) wrote,
iov75
iov75

Categories:

Самураи и женщины (часть 1)

Да, самураи в Японии были воинами и как воины имели определенное оружие, свою философию, набор навыков, спорт, но, кроме того, они были еще и людьми, не так ли? А люди на планете Земля имеют обыкновение продолжать себя не только в духе, но и во плоти, то есть они размножаются. И вот как на это занятие смотрели самураи? Считали ли они совокупление мужчины и женщины грехом или же, напротив, предавались ему с восхищением этим даром богов? Имели ли какие-то необычные, диковинные для нас привычки… Наверное, все это будет интересно узнать, ведь даже самый успешному и суровому самураю время от времени требовалось не только сакэ или чай, но и, конечно же, – ласки женщины.

Самураи и женщины (часть 1)

«Под москитной сеткой». Типичная сюнга, в которой мастерство художника заключалось в умении нарисовать… москитную сетку и «прикрыть» ей достаточно традиционный сюжет. Отметим, что практически все выдающиеся художники Японии отдали дань сюнга. Это был верный заработок. Хочешь риса – рисуй сюнга! Ксилография Янагава Сигэнобу II (1824-1860). Художественный музей в Гонолулу.

Здесь уже отмечалось, что ещё на заре истории Японии древние японские боги не обошлись без оружия – разглядывая с Небесного Плавучего Моста покрывающий Землю Океан, брат и сестра Идзанаги и Идзанами погрузили в него яшмовое копье и взбаламутили им его воды. После чего капли, упавшие с него, породили первую земную твердь. Ну, а о том, чем они занимались на этой тверди дальше, в хронике «Кодзики» рассказывается так: «Идзанаги (мужчина) спросил у Идзанами (женщину): – Как устроено твоё тело? И она ответила: Моё тело росло, но есть одно место, что так и не выросло. Тогда Идзанаги ответил ей, что у него тоже тело росло, но есть одно место, которое слишком выросло: – Думается мне, – сказал он, что нужно то место, что выросло, вставить в то, что не выросло, и родить Тану». Вот из этого соединения и родились и все боги, и всё сущее в Японии. И это, между прочим, куда более естественно, чем сотворение людей богом из глины, или той же Евы из мужского ребра. Важно и то, что боги эти во всем человекоподобны, и им есть и что вставить, и куда вставить, хотя для христиан, прибывших в Японию, было очень странно услышать, что мир по вере японцев создал не один единый творец, а два, да ещё к тому же и столь незамысловатым способом!

Дальше – больше! Оказывается, и само супружество придумали эти же два божества, хотя по отношению к соитию – увы, этот акт и был вторичен! «Тут бог Идзанаги-но микото произнес: «Если так, я и ты, обойдя вокруг этого небесного столба, супружески соединимся», и далее: «Ты справа навстречу обходи, я слева навстречу обойду», - произнес, и когда, условившись, стали обходить, богиня Идзанами-но микото, первой сказала: «Поистине, прекрасный юноша!», а после нее бог Идзанаги-но микото: «Поистине, прекрасная девушка!», и после того, как каждый сказал, [бог Идзанаги] своей младшей сестре возвестил: «Нехорошо женщине говорить первой». И все же начали [они] брачное дело, и дитя, что родили, [было] дитя-пиявка. Это дитя посадили в тростниковую лодку и пустили плыть».

«Нихонги» вносит в этот эпизод важное уточнение: Идзанаги и Идзанами, хотя и хотели совокупиться, то есть половая близость была нормальным делом и для богов тоже, не говоря уж о людях, но вот не знали как! И тут на помощь им пришла трясогузка! Она стала подрагивать своим хвостом, и боги, увидев это, обрели путь соития!

Дальше выяснилось, что неудача в первых детях у юных богов случилась от того, что… женщина (пусть даже и богиня!) заговорила первой. То есть подчиненное положение женщины по отношению к мужчине идет у японцев оттуда, от богов! От них же идет в Японии и поклонение фаллосу, поскольку существует легенда о некоем кузнеце, выковавшем огромный железный фаллос, с помощью которого у одной из синтоистских богинь были выбиты совсем некстати появившиеся на причинном месте зубы и – можно только лишь подивиться фантазии древних японцев, сумевших все это выдумать!

Самураи и женщины (часть 1)

Женщина и самурай в салоне зубочисток. Судзуки Харунобу. Ксилография XVIII в. Токийский национальный музей.

Но что бы вы думали? В Японии и сейчас существует храм Канаяма-дзиндзя, на территории которого стоят сразу несколько наковален и имеются изображения огромного фаллоса, пользующийся огромной популярностью. Причем храм такой в Японии далеко не один – их много. И если японцы продолжают посещать их даже сегодня, то можно себе представить насколько свободными их нравы были в далеком прошлом, когда совокупление воспринималось в этой стране не как нечто греховное, как в христианских странах, а как действие, ставящее человека в один ряд с богами: ведь они занимались тем же самым! Более того, это не подразумевается, а на это прямо указывается в тех же «Кодзики»: «Сношение мужчины и женщины символизирует единение богов во время создания мира. На ваше занятие любовью боги взирают с улыбкой и довольны вашими наслаждениями. По той же причине муж с женой должны ублажать и удовлетворять друг друга».

Замечательно, не правда ли? Куда до этого нашей христианской морали с её заповедями воздержания и греха, возведенными в Средние века, да и позднее едва ли не в Абсолют. А здесь все просто и понятно: совокупляются мужчина с женщиной – и боги на это смотрят с улыбкой! Главное - это доставить друг другу удовольствие. А так как удается это отнюдь не всегда, то нет ничего странного, что изобретательные японцы очень давно придумали харигата – искусственный фаллос, который мог быть сделан из самых разных материалов, и не только заменял отсутствующего мужа, но и помогал женщине, если вдруг мужчина думал только о себе. Кстати, спартанцы, отлучавшиеся из дома на войну, также снабжали своих женщин приспособлением аналогичного предназначения, вот только изобретательные японцы превзошли их в этом на порядок! Ну, а потом в Японию из Китая и Кореи проник буддизм, а вместе с ним буддийские трактаты и… китайские наставления по искусству любви. Было, например, разработано наставление, содержащее 48 поз, причем только основных, а всего их было ровно 70! Их изображали на свитках, гравюрах и даже вырезали в виде нецке (миниатюрных статуэтках из кости), которые, часто изображая людей одетых, имели скрытый эротический смысл. А дело все в том, что основной сюжет мог находиться на внутренней стороне нецке, и увидеть, что там, можно было лишь если перевернуть фигурку, внешне вполне приличную. Например, «Любовники под покрывалом». На композиции из-под покрывала высовываются только головы и руки. На эротический подтекст указывает лежащая наверху книга, на которой видны грибы, являвшиеся в Японии традиционными фаллическим символом. А вся интрига на внутренней стороне, а именно обнажённые тела, показанные художником в соитии. Кстати, поз так много, потому что люди очень быстро ко всему привыкают, пресыщаются и нуждаются во все новых и новых впечатлениях, причем подчас весьма экстравагантного свойства, откуда, кстати, происходит и такое явление, как скотоложство и более известный и распространенный гомосексуализм.

Самураи и женщины (часть 1)

Типичная сюнга. Марунобу Хисикава (1618 – 1694).

Кстати гомосексуализм уже тогда был в Японии весьма распространенным явлением, как и в древней Спарте, и хотя он не поощрялся, но открыто и не осуждался. Японцы (и японки!) понимали, что это, хоть и не самое удачное занятие, но если существует охота, то, как её сдержать? Впрочем, сами мужчины при этом считали, что мужественность доказывается мечом в руке, а то, чем занимается самурай у себя в спальне, это сугубо его личное дело! При этом японские мужчины, включая и буддийских монахов, представляли себе идеального героя-любовника так: «Мужчина, который не знает толк в любви, будь он хоть семи пядей во лбу, – неполноценен и вызывает такое же чувство, как яшмовый кубок без дна. Это так интересно – бродить, не находя себе места, вымокнув от росы или инея, когда сердце твое, боясь родительских укоров и мирской хулы, не знает и минуты покоя, когда мысли мечутся то туда, то сюда; и за всем этим – спать в одиночестве и ни единой ночи не иметь спокойного сна! При этом, однако, нужно стремиться к тому, чтобы всерьез не потерять голову от любви, чтобы не давать женщине повода считать вас легкой добычей» (Кэнко-хоси. Записки от скуки. Пер. с яп. В.Н. Горегляда. Цит. по. Григорьева Т. Красотой Японии рожденный. М.: Искусство,1993).

В романе «Сёгун» японская женщина очень точно показана одновременно и чуть ли не рабыней своего мужа-самурая, и при всем при этом его госпожой, без помощи которой он не мог ступить и шага, и от которой зависел буквально во всем, кроме разве что своих воинских обязанностей! Происходило это вследствие того, что мальчиков и девочек в японских семьях готовили к выполнению совершенно различных функций. Да, служить господину и те, и другие должны были одинаково, то есть путем беспрекословного подчинения. Однако способы для этого были разные. Мужчина должен был сражаться, в то время как женщина вела его дом, заботилась о его деньгах, управляла многочисленной прислугой и вдобавок ублажала мужа в постели. Однако и тут были свои нюансы. Жена самурая должна, например, была воспринимать как должное и то, что её супруг в походе, который мог длиться по нескольку месяцев, наверняка изменял ей с другими женщинами, и также, что, когда рядом не было женщин, вполне мог обратить свои взгляды и на мужчин. Ну, что ж, значит, такова её карма, думала она в этом случае, сосредотачивая внимание исключительно на том, чтобы её мужу было тепло, светло и удобно. Ведь только в этом случае он мог эффективно выполнять обязанности слуги вышестоящего лица точно так же, как и она выполняла свои обязанности служанки в доме у мужа!

Самураи и женщины (часть 1)

Женщина-воин Момоё Годзен. В японском средневековом обществе женщины-самураи должны были уметь владеть мечом, но обязательно – нагинатой, бросать дротик ути-е, пользоваться кинжалом кайкен. Некоторые из них сражались рядом со своими мужьями на поле брани и заслужили уважение за свою отвагу. Типичным это не было, но и чем-то совершенно исключительным тоже. Тоёхара Тиканобу (1838 – 1912). Музей Уолтерса. Балтимор, Мериленд, США.

Интересно, что и в знаменитом «Хагакурэ» Ямамото Цунэмото любовь самурая подразделяется на романтическую – любовь к своему наставнику, своему господину, и физиологическую, низменную, имеющую цель продление рода, но и не более того. Существовало ли что-то похожее на это в Средние века в Европе? Да, там существовал культ прекрасной дамы, причем, чаще всего, это была не молодая невинная девушка, а почтенная во всех отношениях жена сюзерена. И вот рыцарь, принесший ему свою ленную присягу, обожал её на расстоянии совершенно платоническим образом: например, слагал в честь дамы своего сердца стихи и читал их в её присутствии, или (если у него к этому был талант!) пел ей любовные песни. Что-то большее… да, конечно, тоже случалось, однако половая близость в данном случае как главная цель такой любви не рассматривалась вовсе. Рыцарь просто «служил прекрасной даме», а уж прекрасна она была на самом деле, или нет, особого значения для рыцаря это не имело.

С другой стороны, рыцари перед женщинами в Европе преклонялись, а вот преклонялись ли перед женщинами самураи? Ну, да, конечно, по-своему они их любили, но преклоняться? Ну уж нет, чего не было – того не было! Интересно, что для современной Японии принципы семейной жизни, сложившиеся в эпоху Токугава, во многом актуальны до сих пор. Например, муж обычно говорит жене «омаэ» – «ты», в то время как она говорит ему «аната» – «вы». Брачные союзы в то время, прежде всего, имели важное политическое значение. Между семьями заключали контракт, а романтическая сторона дела являлась излишней, как это происходило и в феодальной Европе. Считалось, что любовь в браке возникать вообще не должна, потому что влюблённости свойственны внебрачным связям, что порицается обществом. Причём негативно воспринимался даже не сам факт существования таких связей, а возникающее при этом чувство любви, которое было бесконтрольным и толкало людей на разные необдуманные поступки и даже преступления. Впрочем, мужчины в Японии имели возможность забыть обо всех приличествующих их положению условностях в… квартале Ёсивара!

Самураи и женщины (часть 1)

Самурай, сакэ и женщины – вот так это представлял себе художник Китагава Утамаро (1753 – 1806).

Ёсивара – один из известнейших «веселых кварталов» средневекового Эдо, хотя понятно, что подобные «ёсивары» имелись в Японии повсеместно. Пожары не раз уничтожали его дотла, тем более, что деревянные японские дома горели очень хорошо, но всякий раз Ёсивара бывал восстановлен. Самым страшным был пожар 2 марта 1657 года, который оставил без крова пятую часть жителей столицы. Квартал Ёсивара также исчез в огне, но уже в сентябре был отстроен заново и получил название Нового Ёсивара. Именно там побывали чуть ли не все самые прославленные художники – мастера японской ксилографии и… отобразили в своих работах жанра укиё-э.

Территория «веселого квартала» размером в 1577 гектаров, была в полтора раза больше прежней и состояла из пяти улиц, вдоль которых выстроились дома свиданий, чайные домики, рестораны, а также жилые дома для разного рода «обслуживающего персонала». Интересно, но большую часть времени в Ёсивара мужчины проводили отнюдь не за занятиями сексом (вот даже как!), а за чашками сакэ, танцами, песнями и весельем. Это были и самураи, и торговцы, и купцы – кто ты, значения не имело, главное – имел ли ты деньги, чтобы заплатить! Ну, а приходили они сюда, чтобы провести время в веселой компании, вне рамок и условностей, какие были у них дома, где отношения между супругами были строго регламентированы, а излишняя веселость могла привлечь внимание соседей и неблагоприятно повлиять на воспитание детей. Поэтому, кроме, собственно, проституток, с самого появления квартала Ёсивара, в нем работали и мужчины, совмещавшие функции массовиков-затейников и музыкантов, аккомпанировавшим пьяным песням клиентов. Этих мужчин называли гэйся («искусники»), а также хокэн («шуты»). Однако в 1751 году в киотском квартале Симабара появилась первая женщина-заводила. А затем в 1761 году уже в Ёсивара появилась вторая такая женщина-гэйся. Известно, что её звали Касэн из дома Огия, причем сначала она работала в качестве юдзё, но сумела выплатить все долги и начала вести собственное дело.

Вскоре женщины-гэйся сделались настолько популярны, что мужчинам места просто не осталось - они не выдержали конкуренции. Уже к началу XIX века термином «гэйся» (или гейша, как писали в России) стали обозначать исключительно женскую профессию. В отличие от куртизанок – юдзё, гейши трудились не столько в «веселых кварталах», сколько приходили по вызову туда, где мужчины устраивали дружеские вечеринки (гейши называли их дзасики – что буквально переводится как «комната», а их клиенты – энкай, «банкет»). Главным умением гейш было весело и остроумно поддерживать беседу и развлекать собравшихся пока они пьют. При этом они читали стихи, шутили, пели песни, танцевали, и аккомпанировали пению мужчин, а также заводили немудреные, но забавные и веселые групповые игры. При этом они играли на разных музыкальных инструментах, но главным для гейши был трехструнный сямисэн, немного похожий на увеличенных размеров мандолину. И хотя услуги гейши стоили недешево, по общему мнению, они того стоили!

И все-таки положение женщин в Японии эпохи самураев в определенной степени было лучше, чем у женщин в Европе эпохи рыцарей! В период Хэйан, например, женщины играли очень важную роль во взаимоотношениях между аристократическими кланами, выступая в качестве посредников между ними. Дочь безоговорочно подчинялась родителям даже после замужества, поэтому через замужнюю дочь ее семья оказывала влияние на семью зятя. Например, она гостила у своих родителей, и… получала от них инструкции относительно того, что именно сказать своему мужу и, соответственно, тот через неё же и таким же образом передавал ответ. Уже в то время в японском обществе вдова могла унаследовать поместье и состояние мужа. В период Камакура (XII – XIV вв.) женщина, принадлежавшая к сословию самураев, имела право явиться ко двору и потребовать защиты ее прав на наследство. При камакурском бакуфу существовал особый чиновник, разрешающий споры из-за наследства. Правда, потом за соблюдением прав женщин следить перестали. Несмотря на это, женщины спешили в Камакура через всю страну, чтобы добиться справедливости; в этом опасном путешествии их сопровождали приближенные и слуги, и вот тогда-то они так же, как и самураи, могли носить меч. Некоторые вдовы самураев яростно защищали от посягательств унаследованные поместья и командовали отрядами своих вооруженных слуг.

На севере Кюсю, кстати, как и в средневековой Европе, существовало немало женских монастырей и святилищ. В древние времена суеверные японцы поклонялись целому пантеону богинь, подобному греческому; а религиозными обрядами руководили верховные жрицы. Упоминания о жрицах можно найти и в источниках, относящихся к концу периода Муромати (XIV – XVI вв.). Это обстоятельство делает возможным предположение, что на протяжении всей истории страны общество на севере Японии было более патриархальным, в то время, как на юге преобладал матриархат. Интересно отметить, что на юге Японии развивалось в первую очередь земледелие и выращивание риса, требовавшее «женской руки», в то время как жители севера занимались в основном охотой, хотя со временем эти различия, вызванные естественно-географической средой, выровнялись под воздействием социальных обстоятельств.

Нужно отметить, что в любом иерархическом обществе всегда находились сильные духом и решительные женщины, стремившиеся к власти и добивавшиеся ее любыми путями. После смерти Минамото Ёри-томо его вдова Масако сумела войти в бакуфу с помощью своего отца Ходзё Токимаса. В сущности, Масако пользовалась большей властью, чем даже её отец, так как занимала очень почетное положению вдовы сёгуна и матери его сына. В период Муромати жена сёгуна Асикага Ёсимаса по имени Хино Томико стала самой богатой и влиятельной женщиной Японии. Правда, в период Сэнгоку, с конца XV и до середины XVI в., когда судьбу провинций решала только лишь военная сила и экономическая мощь, женщины постепенно утратили власть. Последней из плеяды влиятельных женщин-правительниц Японии была Ёдогими, мать Тоётоми Хидэёри, которая покончила с собой в 1615 году вместе со своим сыном, когда замок Осака сдался Токугава Иэясу.

Самураи и женщины (часть 1)

Ксилография Цукиока Ёситоси (1839 – 1892). Проститутка и клиент с косой. Музей Уолтерса. Балтимор, Мериленд, США.

Да, женщины в Японии были полностью подчинены мужчинам, подчинены настолько, что… сами выбирали своим мужьям наложниц и вели переговоры с хозяйками «веселых домов» о стоимости оказанных им услуг. Однако, где, в какой стране мира их положение от этого отличалось? Пышными были свадьбы и европейских феодалов, и русских бояр, ну а владыки-многоженцы были известны как на Западе, так и в допетровской Московии. Но там это носило характер исключительности, тогда как в Японии и разводы (почти немыслимые в христианской Европе, где правом на расторжение брака папой пользовались разве что исключительно короли!), и наложницы, не говоря уже о гомосексуальных отношениях, никого не удивляли и считались абсолютно естественным делом! Причем, последние практиковали даже не столько сами самураи, сколько… буддийские монахи в монастырях, о чем отец Франциско Ксавье в своем письме в штаб-квартиру ордена иезуитов сообщал еще 5 ноября 1549 года: «Похоже, что миряне здесь совершают гораздо меньше грехов и больше слушают голос разума, чем те, кого они почитают за священников, которых они называют бонзами. Эти [бонзы] склонны к грехам, противным природе, и сами признают это. И совершаются они [эти грехи] публично и известны всем, мужчинам и женщинам, детям и взрослым, и, поскольку они очень распространены, здесь им не удивляются и [за них] не ненавидят. Те, кто не являются бонзами, счастливы узнать от нас, что это есть мерзкий грех, и им кажется, что мы весьма правы, утверждая, что они [бонзы] порочны, и как оскорбительно для Бога совершение этого греха. Мы часто говорили бонзам, чтобы не совершали они этих ужасных грехов, но все, что мы им говорили, они принимали за шутку, и смеялись, и нисколько не стыдились, услышав о том, каким ужасным является этот грех. В монастырях у бонз живет много детей знатных вельмож, которых они учат читать и писать, и с ними же они совершают свои злодеяния. Среди них есть такие, которые ведут себя как монахи, одеваются в темные одежды и ходят с бритыми головами, похоже, что каждые три-четыре дня они бреют всю голову, как бороду»

(Александр Куланов, Нацуко Окино. Обнаженная Япония: Эротические традиции Страны солнечного корня. М.: АСТ: Астрель, 2008. С.137.


(Продолжение следует)




Tags: Япония, искусство, культура, культурология
Subscribe

Recent Posts from This Journal

promo iov75 апрель 19, 2020 13:34 10
Buy for 40 tokens
Первая решительная победа жизни над смертью. Непрерывная война между ними – между живым духом и мертвым веществом – образует, в сущности, всю историю мироздания. Хотя и много насчитывалось побед у духа до Воскресения Христова, но все эти победы были неполные и нерешительные, только…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments