iov75 (iov75) wrote,
iov75
iov75

Игрушка

Это был день, когда его уста возопили к небу в надежде на любовь и жертвенность материнского сердца. Его мать предпочла теплоту младенческого доверчивого сердца, "адский огонь" водяры и звериную похоть грязно-потных тел. Её лишили материнских прав, а её любовники помогли его отцу обрести "вечный покой" и как он надеялся ... царство небесное.
В два года, он начал познавать все прелести жизни и ощущать удушливые "объятья" этого самого лучшего из всех возможных миров. В 4 года, познал доброту человеческую, которая составляет неотъемлемую часть того, что по нашему обыкновению называется -- миром людей. В один день о котором он думал с содроганием, его руки, вместе с ногами и обнажённым детским телом, оказались привязанными к душкам маленькой металлической кровати. И после того, как его задница испытала беспощадные удары прыгалок, этого надежного средства любви и душевной заботы о бездомных детях воспитателей, всю группу их дошкольного детдома заставили пройти плюясь в его маленькое обнаженное тело бьющееся в отчаянной ярости, удушающем крике и воплях от боли, унижения и нечеловеческой ненависти.
Эта ненависть на многие годы стала его самым надежным и верным спутником. Именно она помогла преодолеть все жестокие радости уже школьного детдома и возможно, что именно она, помогла ему остаться человеком. В детдоме все было как в обычном детдоме. Борьба за то, чтобы тебя считали человеком, стала главным лейтмотивом этой жизни. Когда его били (делали "темную"), он улыбался окровавленными губами и радовался тому, что могло быть значительно хуже. Он не думал о Боге, поскольку Бог, который сподобил этому быть, был бы самым ненавистным для него существом и источником вечного проклятия. Он думал, засыпая в своей общаковой кровати, только о том, что этот день прошел и очень хорошо, что наступила ночь.
Ему не хотелось думать и говорить о будущем, потому-что кроме жестокости и холоднокровного равнодушия учителей, это будущее ничего не сулило. Ненависть, это все что было у него и именно она заменило ему отца, мать и Бога.


****************************************
*******




Игрушка

Он нравился ему. Маленький, красного цвета пластиковый витязь, был его единственным другом. Ночами, когда его маленькое тело содрогалось от всхлипываний и дневной боли, мягкий туман мечты и волшебных миров заполнял его детское воображение. В них он вместе со своим другом-витязем рубили бесчисленные полчища темных врагов, вместе заступались за униженных и оскорбленных, вместе захватывали вражеские замки и вместе скакали на могучих конях навстречу восходящему солнцу.
Это были самые восхитительные часы его короткой жизни. Именно эти часы, скрашивали черные будни и ежедневную борьбы за выживание в детдоме -- ставшем одновременно его домом и проклятой тюрьмой. Обняв игрушку-витязя и поклявшись ему в вечной дружбе, он уснул.

Днём, идя по длинному коридору детдома, соединявшему школьный и спальные корпуса, он остановился у широкого окна. Светило яркое солнце. Оно нравилось ему и его игрушечному другу. Достав из внутреннего кармана школьного пиджака своего друга-витязя, он направил его на солнце. Казалось, что игрушка вспыхнула. Его красный цвет, стал алым и это было настолько восхитительным, что его игр фантазий и волшебства мгновенно ожил и постучался в дверь его сердца.

-Эй, малой, -- окликнул его знакомый и противный голос.
Он вздрогнув замер и быстрым движением спрятал игрушку в карман.
- Что там у тебя? Дай зыркнуть.
Перед ним стоял, самый ненавистный старшеклассник из всех, что находились в детдоме. Он отличался какой-то подлой жестокостью и в отличие от просто жестоких старших, мог избить ради того, чтобы ... избить. Он любил дать сильного пинка сзади младшему и после законного вопроса: "За что"? С неизменной тонкой улыбкой на черство-жестком лице, отвечал:
- Чё сказал урод? А ну, говори спасибо!
Он бил младших до тех пор, пока подросток не скажет спасибо. По всей видимости, это слово из уст униженного, а при определенном раскладе, избитого мальчугана, доставляло ему особое наслаждение.
- Дай зыркнуть. Он смотрел ему прямо в глаза и хитрые искорки в них не предвещали ничего доброго.
- У меня ничего нет, ответил мальчуган.
- Не бзди мне. Леший, так между собой называли его мальцы, нахмурил брови и стиснув зубы, сказал:
- Дай зыркнуть.
Дражайшей рукой, он вытащил из кармана игрушку и показал. Резко выхватив игрушку из его рук, Леший посмотрев через него на солнце и осклабившись, он положил её в карман своих брюк.
- Отдай витязя, он мой. Отдай!
Резкий удар в левое ухо, он и не заметил. Только почувствовал, как что-то грохнулось у него в голове и очень сильно захотелось спать. Придя чуток в себя и увидев удаляющегося Лешего, он сломя голову бросился за ним и закричал: "Отдай!" Второй удар был в грудь. Отлетев назад, но не почувствовав боли, он снова бросился за ним. Град ударов рук и ног, будто стена встала перед ним и его игрушечным другом.
Темное зло и мрачные чудовища его ночных кошмаров будто прорвали хрупкую грань между мирами воображения и реальности, восстали против него и его игрушечного друга. Леший был только бездушной игрушкой в их черных лапах. Он это как-то знал, но не мог объяснить. Сейчас он понимал только одно. Его друг в плену! С разбитым лицом и сильно бьющимся маленьким сердцем он бросился на своих невидимых и ... видимого врага. Потом наверно был удар или несколько, а может быть и больше он не помнил. Это было не важно. Было не важно, что он наврал в медпункте, было не важно, что воспитлки на него орали, было не важно, что за то что он не ответив на вопрос о том, что произошло был лишен ужина. Всё было не важно!

Вечером, когда детдом погрузился в ночной и иллюзорный покой, он отправился в "старшее крыло". Тихо, крадучись мимо заснувшего ночного воспитателя и крепко держа в кулаке украденную из столовки вилку, он подошел к палате старших. Они ещё не спали. Открыв дверь, он сказал Лешему:
- Отдай мне друга! Несколько старших сидевших на кровати и резавшихся в картишки удивленно посмотрели в его сторону.
- Те чё, малец? Он не ответив им, смотрел только в глаза Лешему.
-Бля, да ты зае***ал меня урод! Леший не на шутку рассвирепел и поднявшись с кровати решительным шагом направился в его сторону.
- Отдай друга! Он крепче сжал вилку в кармане штанов и продолжал стоять не сходя с места.
Сейчас он не пропустит удара. Нет, он ждал его. Опять, тот же удар правой рукой в левое ухо. Взмах ... вилка в маленькой руке-камушки рвется навстречу удару врага и его невидимый меч впивается в кисть Лешего.
- Бля...бля, Во, черт. Сука, да тебе пиз***ец, - орал обалдевший от такой наглости и неожиданного отпора Леший.
- Да чё у вас там происходит? - произнес чей то юный, но уже не по годам властный голос. Он увидел короля детдома...

Он шел в свою палату. Лицо было в крови, а из носа здорово шла кровь. Только теперь он чувствовал навалившуюся усталость и настоящую боль. Но ему было все равно. Он вернул своего единственного друга и самое главное, он вернул свой настоящий мир! Мир в котором, не было детдома, старших, Лешего и короля. Мир, в котором только он и его друг-богатырь снова будут скакать ... скакать навстречу восходящему солнцу.






Tags: жизнь
Subscribe

promo iov75 november 5, 2013 13:14 68
Buy for 40 tokens
Печально знаменитая 58-я статья Безусловно, одной из важнейших составляющих Черного мифа репрессий в СССР является пресловутая 58-я статья УК РСФСР, по которой были осуждены подавляющее большинство «политических» (в том числе и «открыватель» темы А.Солженицын). Что же…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments