iov75 (iov75) wrote,
iov75
iov75

Иран и призрак холодной войны между США и Россией (Jamestown Foundation, США)

В момент, когда западный мир поглощён недавними событиями в Крыму, страны на периферии видят возможность использовать уширяющуюся пропасть между Россией и США/ЕС в своих собственных целях. Внутри иранского режима уже началась дискуссия о том, как лучше всего распорядиться этой дипломатической размолвкой для ослабления международного давления на ядерную программу Ирана и изоляции страны.

С одной стороны, правительство президента Роухани рассматривает крымские потрясения как шанс разорвать существовавшую до настоящего времени американо-российскую договорённость о санкциях в отношении Тегерана за его активность в ядерной сфере, но ориентация политики на Москву для этого лагеря конечной целью не является. Оппоненты Роухани из числа непримиримых, тем не менее, понимают всё весьма иначе. Лагерь сторонников жёсткого курса в Тегеране чует затяжной российско-американский конфликт, и некоторые его выразители уже надеются обосновать необходимость для Тегерана предпочесть Россию политике разрядки с Вашингтоном [1] Роухани.

Крымский кризис в прочтении Ирана

Перспектива новой холодной войны между Соединёнными Штатами и Россией дразнит надеждами очень многих в Тегеране.Как только начал разворачиваться кризис вокруг Крыма [2], множество иранских политических деятелей начало громко спекулировать относительно более широких последствий вновь разгоревшейся битвы за влияние в мире между Москвой и Вашингтоном.

Это чувство возбуждения переступает фракционные границы в среде иранской политической элиты. И умеренный лагерь, возглавляемый президентом Хасаном Роухани, и его оппоненты в консервативной фракции в Тегеране, соглашаются с тем, что кризис в американо-российских отношениях дарует Ирану благоприятную возможность; отныне от России ожидается гораздо меньшая склонность сотрудничать с Вашингтоном [3] в вопросе сдерживания иранской ядерной программы.

Согласно преобладающей в Иране точке зрения, американо-российская договорённость была важным фактором установления международного консенсуса против спорной ядерной программы Ирана. Это понимание подкрепляется тем фактом, что с июля 2006 года, когда на Иран был наложен первый раунд международных санкций, русские широко поддерживали американские меры, направленные на то, чтобы Иран умерил свои ядерные желания [4]. В глазах творцов иранской политики, возможная кончина этой американо-российской договорённость может означать только ослабление международного консенсуса, который подрывал позиции Тегерана на мировой дипломатической арене и своими последствиями разрушал его экономику. После внезапного начала крымского кризиса Москва уже намекнула, что пересмотрит своё прежнее сотрудничество с Вашингтоном [5] в отношении Ирана.

Хотя умеренные и радикальные фракции согласны с тем, что последствия американо-российской ссоры из-за Крыма скорее всего будут иметь длительное влияние на мир, они явно расходятся в оценке характера возможностей, которые открываются с этим для Ирана. По мнению умеренных, возобновление конфликта между Россией и США даёт Тегерану крайне необходимое пространство для дипломатического манёвра с целью подрыва международного консенсуса, цель которого – давить на Тегеран до тех пор, пока он не сможет рассеять все сомнения в своих ядерных намерениях. Иными словами, российско-американский конфликт расценивается как драгоценный рычаг в руках Тегерана в момент, когда правительство Роухани изыскивает способы снять с Ирана оковы международной изоляции.

Для идеологически мотивированного консервативного лагеря в Тегеране, с его врождённой подозрительностью и враждебностью к США [6], кризис вокруг Крыма – не просто средство ослабления изоляции Ирана, но потенциально и фактор крутой переориентации внешнеполитической повестки Тегерана. Он рассматривается как прекрасный случай для того, чтобы Тегеран покончил со стремлением Роухани добиться политики разрядки в отношениях с США. Вместо этого Иран на заре новой холодной войны должен присоединиться к Москве. Как незадолго до аннексии Крыма к России [7] выразилась в редакционной статье газета консерваторов «Хорасан», «предстоящие дни будут временем оценки нынешних структур и принятия решения о старом мировом порядке, который действовал со времён Второй мировой войны и [последней] холодной войны».

Взгляд из лагеря Роухани

С момента своего прибытия в президентский дворец Саад Абад в августе 2013 года, Хасан Роухани и его правительство несомненным приоритетом своей политики сделали дипломатические усилия Ирана по уменьшению напряжённости с США и другими западными странами. Как подтвердит любой здравомыслящий аналитик, Роухани заявил о том, что продолжение действия международных санкций, наложенных на Иран, будет невыносимым для его страны и пообещал снять изоляцию с Ирана. Внешнеполитический фокус Роухани на США и Западе [8] был связан с двумя основными моментами.

Первым и безусловно самым важным было то обстоятельство, что Вашингтон выступал главным субъектом принятия решений, которые определяли степень и силу вредоносных санкций, с которыми столкнулся Тегеран. Поэтому аннулирование вредоносных санкций неизменно предполагало взаимодействие с Вашингтоном. Как высказался аятолла Али Акбар Хашеми Расфанджани – сам бывший президент (1989-1997) и, можно сказать, ближайший политический союзник Роухани в Тегеране – «Америка – главная мировая держава. Если мы можем вести переговоры с европейцами, китайцами и русскими, почему мы не можем вести переговоры с американцами?»

Менее значимый фактор был связан с тем, что в общем Роухани и его правительство несомненно западноцентричны в своём мировоззрении. Ушли в прошлое дни бывшего президента Махмуда Ахмадинеджада, который на протяжении восьми лет нахождения в должности рекламировал представление об иранской внешней политике, как фокусирующейся на Юге (Африка и Латинская Америка) и Востоке (Восточная Азия), чтобы внушить малоубедительную точку зрения, согласно которой Иран может обойти давление Запада.
Обещание Роухани относительно своей внешнеполитической кампании заключалось в том, чтобы прекратить политику бесцельного символичного рисования Ахмадинеджада на публику и заменить её концентрацией на узких, но осязаемых задачах политики. Запуск процесса восстановления отношений с Западом стоял во главе списка приоритетов, но более широкая цель этого нового умеренного иранского правительства состояла в общем пересмотре иранской внешней политики. В указанном контексте, и даже до того, как грянул кризис вокруг Крыма [9], правительство Роухани, вскоре после прихода к власти, начало также обрабатывать и Москву. Замысел был не в том, чтобы оказать России предпочтение перед Западом, а в том, чтобы использовать российский канал как способ ослабить существующие экономические страдания, которые терпел Тегеран, поскольку бо́льшая часть санкций осталась в силе, даже после того, как Тегеран достиг ядерной сделки с группой «5+1» в Женеве в ноябре 2013 года.

Польза от России

Акцент правительства Роухани на экономическом сотрудничестве в своём подходе к Москве был очевиден с самого начала. Фундамент Роухани заложил во время своей первой встречи с президентом Владимиром Путиным [10]. На полях сентябрьского саммита ШОС в Бишкеке Роухани и Путин многозначительно подчеркнули полезность более тесного экономического сотрудничества. Не прошло и двух месяцев, и вскоре после ноябрьской ядерной сделки 2013 года в Женеве Тегеран и Москва объявили о сделке «нефть в обмен на товары» на сумму 1,5 миллиарда долларов в месяц или приблизительно 500 тысяч баррелей иранской нефти в день в обмен на российские товары, в том числе зерно.

Правительство Роухани не скрывало своего желания видеть более конкретные гарантии со стороны Москвы в отношении иранского рынка. Последний посол Ирана в Москве Мехди Санаи поведал о том, что в настоящий момент две страны ведут переговоры по «множеству вопросов экономики, от энергетики до банковской деятельности».
Санаи бравировал тем, что широкий двусторонний экономический пакет может вступить в силу к августу 2014 года. Для содействия этой повестке в апреле в Тегеран [11] должен нанести визит министр экономического развития России Алексей Улюкаев. Было сказано, что сам Путин, который посещал Тегеран в 2007 году, планирует ответный визит в Иран, хотя эта информация приводилась до крымского кризиса. Тем временем, министры иностранных дел России и Ирана Сергей Лавров и Джавад Зариф посетили столицы друг друга в декабре 2013 и январе 2014 года соответственно.

Однако понятно, что дело не в одном только простом предоставлении канала для реализации иранской нефти через Россию и осуществлении других мер по слому санкций. Тегеран анонсировал, что часть российских платежей за иранскую нефть может быть осуществлена в форме помощи в строительстве в Иране новых атомных электростанций. Глава Организации по атомной энергии Ирана Али Акбар Салехи заявил, что Тегеран ведёт переговоры с Москвой о заказе новой АЭС [12] мощностью 4000 мегаватт рядом с существующим ядерным объектом в Бушере, где русские в 2011 году завершили первый 1000-мегаваттный иранский реактор.

Москва неоднократно выражала желание играть ведущую роль в планах развития ядерной энергетики Ирана, перед которой поставлена официальная задача выйти к 2020 году на суммарную мощность 20 тысяч мегаватт. Русские, однако, должны с подозрением отнестись к тому, что последние предложения сотрудничества в области экономики и атомной энергетики имеют большее отношение к попыткам правительства Роухани укрепить новообретённый ядерный статус Ирана [13] на фоне глубоких сомнений на Западе, чем являются отражением неизменного интереса к России как к основному коммерческому и торговому партнёру.

Это было бы честной оценкой со стороны русских. Правительство Роухани невозможно обвинить в том, что оно смотрит на Россию через розовые очки. Действия России за последнее десятилетие вызвали сильную горечь в Тегеране. Помимо своей неоднократной поддержки санкций в отношении Ирана в Совете Безопасности ООН [14], решение Москвы отказаться в 2010 году от продажи долгожданного зенитно-ракетного комплекса С-300 в сочетании с ощутимым затягиванием завершения строительства первого энергоблока в Бушере укрепило традиционные иранские сомнения в России. В Тегеране возобладало понимание того, что Москва разыгрывала Иран как карту ради обеспечения своих собственных интересов перед Западом, и что она без колебаний откажется от своих обязательств перед Ираном, если этого потребуют обстоятельства.

Разыгрывать русскую карту как козырь в своих отношениях с Западом [15] является для правительства Роухани делом приемлемым и обоснованным. По сути, именно этот курс, вероятно, попробует избрать правительство Роухани по мере проявления в ближайшие месяцы последствий российско-американского конфликта из-за Крыма.
Как недавно сказал близкий к правительству Роухани внешнеполитический эксперт Насер Хадиан в статье, опубликованной недавно в Iranian Diplomacy, рупоре влиятельных голосов, в большинстве своём поддерживающих внешнеполитическую программу Роухани, Иран должен действовать как «национальное государство» в соответствии с внешней политикой, которая будет служить его собственным национальным интересам.

Иными словами, вместо того, чтобы гнаться за идеологически испорченными и зачастую иллюзорными надеждами, которые стали привычными в эпоху Ахмадинеджада, правительство Роухани должно эксплуатировать расхождения между США и Россией, но стараться не вставать на чью-либо сторону в крымском кризисе. Ведь Россия никогда не занимала сторону Ирана в его ядерном споре с Западом, а значит, Тегеран ничего Москве не должен. Судя по всему, эта точка зрения в лагере Роухани является решающей.

В то же время, нет сомнений, что есть иранские сторонники жёсткой линии, которые из российской аннексии Крыма сделали совсем другие выводы, в том числе о том, что она должна значить для лиц, определяющих политику в Тегеране. Самую крайнюю позицию занял заместитель председателя Комитета по вопросам национальной безопасности и внешней политики иранского парламента Мансур Хакикатпур, сказавший, что действия Москвы в Крыму закладывают для Ирана прецедент возвращения его утраченных регионов: «Если мы займёмся этим вопросом, то сможем присоединить к Ирану 17 городов на Кавказе, которые были отделены от Ирана во времена некомпетентных каджарских шахов [в XIX веке]».

Хакикатпур и подобные ему в политическом истеблишменте склонны к воодушевлению, но они далеки от типичной оценки мировых последствий этого последнего российско-американского конфликта. На данный момент дебаты в Тегеране наводят на мысль, что правительство Роухани по-прежнему внимательно относится к вспомогательной роли, которую может сыграть Россия как средство давления на Вашингтон [16] при одновременном подталкивании Москвы к переоценке полезности более тесного сотрудничества, учитывая имевшие место в прошлом случаи разочарования Ирана в серьёзности российских намерений по отношению к себе.

Когда национальные интересы Ирана совпадают с российскими, как это нагляднее всего видно по поддержке, оказанной с 2011 года обеими странами правительству Башара Асада в Сирии, то можно ожидать, что правительство Роухани будет тесно координировать свои действия с Москвой. Однако это не равносильно внешнеполитической переориентации на Москву в более широком смысле – возможно во многом к разочарованию радикальных критиков Роухани в Тегеране. Очевидно, что президент Роухани и его команда по-прежнему считают, что долгосрочные интересы Ирана всё так же требуют восстановления отношений с Западом, и что из кризиса в Крыму не следует выносить неверные уроки.


Источник: "MixedNews "
Оригинал публикации: "Iran and the Looming U.S.-Russian Cold War "

Ссылки:

[1] разрядки с Вашингтоном: http://mixednews.ru/archives/21346
[2] кризис вокруг Крыма: http://mixednews.ru/archives/51268
[3] сотрудничать с Вашингтоном: http://mixednews.ru/archives/45190
[4] Иран умерил свои ядерные желания: http://mixednews.ru/archives/17999
[5] сотрудничество с Вашингтоном: http://mixednews.ru/archives/25910
[6] враждебностью к США: http://mixednews.ru/archives/5895
[7] аннексии Крыма к России: http://mixednews.ru/archives/49839
[8] на США и Западе: http://mixednews.ru/archives/49233
[9] кризис вокруг Крыма: http://mixednews.ru/archives/49541
[10] президентом Владимиром Путиным: http://mixednews.ru/archives/38066
[11] Тегеран: http://mixednews.ru/archives/18951
[12] о заказе новой АЭС: http://mixednews.ru/archives/10846
[13] статус Ирана: http://mixednews.ru/archives/19188
[14] Совете Безопасности ООН: http://mixednews.ru/archives/7318
[15] в своих отношениях с Западом: http://mixednews.ru/archives/43082
[16] средство давления на Вашингтон: http://mixednews.ru/archives/39832


Tags: Ближний Восток, Украина, мир под эгидой США
Subscribe

Recent Posts from This Journal

promo iov75 november 27, 19:24 Leave a comment
Buy for 40 tokens
Эсхатологические представления вырастают на базе повседневных эмпирических наблюдений, продиктованных желанием определить все возможные связи и параллели между «миром» (извечным порядком) природы и находящимся в стадии становления «миром» людей, но оформляются они на…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 7 comments