iov75 (iov75) wrote,
iov75
iov75

Category:

На интронизацию Патриарха Кирилла (итоги пятилетнего правления)

Неустанная подвижническая деятельность, преданное служение Отечеству и народу - снискали Вам непререкаемый авторитет. Благодаря Вашим усилиям - плодотворный диалог Церкви и государства наполнился новым содержанием".
(Президент РФ В.В. Путин)

Прошло 5 лет со дня интронизации митрополита Смоленского и Калининградского Кирилла в Патриархи Московского и всея Руси (интронизация в переводе с греческого — "возведение на престол"). Патриарх Кирилл вступил на первосвятительский престол 1 февраля 2009 года, церемония проходила в храме Христа Спасителя.

Для Церкви, это не большой период, чтобы подводить итоги. Да и сам виновник торжества, ещё не поставил окончательную и жирную точку над i. Однако, годы его правления представляют серьёзный этап исторического бывания Церкви в постсоветской России, а, тезис ВВП о плодотворном диалоге между Церковью и государством требует предварительной итоговой оценки. Я понимаю, что в формате блога-поста нельзя провести детальный, очень подробный и всеохватывающий анализ, но какие-то узловые моменты выделить все же можно.

Восшествие на престол

После предательского уничтожения и последовавшего за ним распада великой империи - СССР, Русская православная церковь (РПЦ), несмотря на обозначившуюся тенденцию к возрождению церковной жизни, все ещё оставалась инерционным, наглухо закомплексованным, вяло-текущим институтом сакральной власти (законным представителем Бога на Земле). Тогдашнее верховное руководство РПЦ (в силу глобальной консервативности, как институциональной, так и мировоззренческой) несколько страшилась происходящего и довольствовалась тем, что получила: ее не преследовали, ей стали постепенно возвращать ранее отнятое, а самое главное – к ней потянулись десятки миллионов людей. Это и явилось самым важным фактором, поскольку образовавшийся идеологический вакуум, требовал нового содержания. Это с одной стороны. С другой, обозначился новый стратегический фактор, который в невероятно усилившейся политической борьбе за голоса потенциального электората, мог оказаться главным козырем в руках политических мошенников (рвущих друг другу глотки в борьбе за экономическое наследие разгромленной империи). Православное христианство становилось публичным (христианство вошло в социальную ткань государства), а религиозно-бытовая практика «рулила модой». Я помню очень хорошо, как толпами приходили в наш храм "Адриана и Наталии", где я был алтарником (до этого полупустой) креститься люди. С каждым днем их было все больше и больше. В тот период у РПЦ не было серьезных амбиций, а те, что наличествовали, смотрелись в общем вполне «смиренно». Когда-то митрополит Кирилл ("великий менеджер") назвал покойного Алексия II - "великим молитвенником", и это действительно так. Аналитик Алексей Макаркин точно подметил, что «главным для Патриарха Алексия II было сохранение внутрицерковной стабильности в условиях драматичного российского транзита».

В то же время, внутри управленческой элиты РПЦ зрело чёткое осознание необходимости перемен и иного подхода к реалиям стремительно меняющейся жизни, государству, обществу. Образовалась мощная реформаторская "партия", для которой было понятным КТО именно займется внутрицерковным обновлением. С высоты занятого в 1989 году одного из ключевых в РПЦ постов – председателя Отдела внешних церковных связей Московского Патриархата – Кирилл особенно остро ощущал необходимость реформ. Накануне интронизации в интервью журналу «Фома» Кирилл отмечал, что «эпоха кардинальных перемен в политике, экономике, социальном жизнеустроении... продлится достаточно долго». Он подчеркивал, что речь идет о «радикальных структурных реформах...». Митрополит Кирилл всегда мечтал об «РПЦ с современным лицом». Фактически Кирилл провозгласил модернизацию Церкви, или, как дипломатично выражаются карманные аналитики, ее адаптацию к современности.

Кирилл стал патриархом благодаря успешно проведенной избирательной кампании. За него твердо высказались четверо из семи постоянных членов Священного Синода – «суперэлиты» церкви: митрополиты Крутицкий Ювеналий (Поярков), Минский Филарет (Вахромеев), Санкт-Петербургский Владимир (Котляров) и сам Кирилл, возглавлявший Смоленскую кафедру и, одновременно, Отдел внешних церковных связей (ОВЦС). Два других постоянных члена Синода, митрополиты Киевский Владимир (Сабодан) и Кишиневский Владимир (Кантарян), присоединились к большинству. Таким образом, седьмой постоянный член Синода, тогдашний глава Управления делами церкви митрополит Калужский Климент (Капалин), бывший единственным конкурентом Кирилла, оказался в изоляции. Сразу же после кончины патриарха Алексия II Кирилл был избран Синодом патриаршим местоблюстителем, что обеспечило ему контроль над подготовкой Поместного собора, на котором он был избран предстоятелем церкви.

1 февраля 2009 года Кирилл восшёл на патриарший престол.

Вертикаль власти и "ручное управление" православным миром России.

Я спецом, в этом обзоре не буду касаться вечных человеческих проблем связанных с: внутрицерковной борьбой за власть, подлыми интригами, безумным антогонизмом между правящей церковной элитой и бедными приходскими низами, грязной (а порой и смертельной) схваткой за бывшую церковную недвижимость и т.д. и т.п. Поговорим лучше о самом интересном, тем более, что и информационный повод у нас очень серьёзный. Поговорим о внутри и внешне-церковных Реформах "великого менеджера" Патриарха Кирилла.

Начало Реформ. Наступление Патриарха Кирилла на главных стратегических направлениях

Пункт первый - перестройка и реформа церковного аппарата, которая сопровождалась значительным усилением административного центра РПЦ — появились новые подразделения в Московской патриархии: административный секретариат, личный секретариат патриарха, служба делопроизводства и референтура патриархии. Помимо этого был создан новый консультативный орган — Межсоборное присутствие, которое должно рассматривать общецерковные вопросы и выносить свои решения на рассмотрение Священного синода. Благодаря структурным реформам появилось несколько новых синодальных учреждений. В частности, под председательством патриарха был создан совет по культуре, синодальный отдел по тюремному служению и синодальный комитет по делам казачества.
В дореволюционной Российской православной церкви в XIX-XX веках было всего четыре митрополита, Санкт-Петербургский, Московский, Киевский и экзарх Грузии. Они же являлись постоянными членами Синода. При Алексии II количество епархий существенно увеличилось. При Кирилле епархиально-административная реформа проходила непросто. Вначале события на территории России развивались по «украинскому» сценарию разукрупнения епархий без образования митрополий. В марте 2011 года на три части была разделена Ставропольская епархия. В мае 2011 года настала очередь трех епархий, причем с аппаратной точки зрения ситуации в них серьезно отличались. С одной стороны, была разукрупнена Саранская епархия, с другой стороны, были разделены Тобольская и Красноярская епархии, причем об обращениях их архиереев по этому поводу ничего неизвестно. Ну и т.д. Кому интересно, см. подробно ПАТРИАРХ КИРИЛЛ И ЦЕРКОВНАЯ ПОЛИТИКА

В итоге, Патриарх Кирилл приобрёл преданность 87 епископов (треть от общего числа), которые получили свой епископский сан за последние два года благодаря созданию новых епархий, а также те, кому довелось возглавить 33 новообразованные митрополии и получить заветный белый клобук – православный аналог красной кардинальской шапки.

Ну а боголюбивый российский народ получил кучу новых дармоедов. Ведь это новоявленное огромное количество новых епископов хочет выглядеть соответствующим образом и вести соответствующий их положению в обществе образ жизни, разъезжать на суперавтомобилях иностранного производства (то, что и требуется по чину), иметь штат прислужников и т.д. и т.д.

На фоне принятых Архиерейским Собором 2013 г. решений оказалась в тени одна ключевая интрига. О ней пишет Анатолий Черняев (он же считает, что произошел «конституционным» переворотом, ибо подвергнутые ревизии положения Устава касаются ни много ни мало определения инстанции высшей церковной власти). Короче, демократическим началам в Русской Церкви положен конец. "Если, согласно прежней редакции Устава, полноту высшей власти – как в области вероучения, так и канонического устроения Церкви – осуществлял Поместный Собор (в котором участвуют не только архиереи, но также простые клирики, монашествующие и миряне), то отныне эти прерогативы фактически в полном объеме присвоены Архиерейским Соборам. Поместному же Собору оставлены лишь вопросы избрания Патриарха, предоставления автокефалии частям РПЦ и расплывчатые полномочия вроде «попечения о хранении единства РПЦ». Старая норма Устава, предусматривавшая регулярность сроков проведения Поместного Собора (не реже чем каждые пять лет) была упразднена еще Архиерейским Собором 2000 года, а теперь отменена вообще какая-либо регламентация этих сроков: отныне Поместный Собор созывается только «по мере необходимости». Эту «меру» определяет Архиерейский Собор, «в исключительных случаях» – Патриарх и Синод. По сравнению с этими инстанциями полномочия Архиерейского Собора тоже заметно сократились: если раньше его рассмотрению подлежали вопросы создания, реорганизации и ликвидации административно-территориальных структур Церкви (например, епархий), а также синодальных учреждений, то теперь соответствующие решения принимаются Синодом, и Архиерейскому Собору их остается только утверждать. Впрочем, такая практика укоренилась уже давно, и теперь она лишь легитимизируется задним числом.

Но главная проблема, конечно, не в этом. В действующем Уставе об управлении РПЦ недвусмысленно прописано, что органом высшей власти в Церкви служит именно Поместный, а не Архиерейский Собор. Устав принят Поместным Собором, и вносить в него изменения, тем более такого характера, полномочен только Поместный Собор. Поэтому данное деяние Архиерейского Собора никоим образом нельзя признать легитимным. Если называть вещи своими именами, то это узурпация церковной власти. Причем в пользу не столько Архиерейского Собора, сколько Патриарха, для которого довольно хлопотно навязывать свои решения Поместному Собору, тогда как архиереи не осмелятся ему перечить, ибо находятся у него под полным контролем. Манипуляция, предпринятая на нынешнем Архиерейском Соборе, противоречит не только процедурно-каноническим нормам, но и духовным основам Православной Церкви, одно из фундаментальных самоопределений которой – «соборная». Соборность Церкви традиционно понимается как представительство отнюдь не только епископата, а всей церковной полноты.

Конечно, в реальной практике РПЦ принцип соборности давно забыт, но теперь Русская Церковь перестает быть соборной даже номинально".

К пятилетию своей интронизации Патриарх Кирилл, фактически стал единовластным правителем Православной Церкви.

Пункт второй в стратегии Кирилла – активное внедрение Церкви в общественно-политическую жизнь, ее «обмирщение». Отсюда – стремление актуализировать предложенную еще при Алексии II социальную концепцию РПЦ, ее присутствие в вооруженных силах, энергичное проникновение в сферу образования и науки. Освящение боевых подлодок, ядерных и космических ракет, светских школ, государственных и комерческих зданий, банков и т.п. может выглядеть нелепым и раздражающим, однако систематичность такого рода акций отражает стратегическую линию Церкви – быть возле всего наиболее значимого, что происходит в мирской жизни.

Хорошо известно, что миграционный вопрос, сейчас один из самых болезненных в обществе, а следовательно, РПЦ открывает центры по адаптации трудовых мигрантов, понятно, что совместно с Федеральной миграционной службой. Если не можешь управлять процессами, возглавь их. Патриарх Кирилл подписал соглашение о сотрудничестве с главой Федеральной миграционной службы Константином Ромодановским. РПЦ будет обучать мигрантов русскому языку и знакомить с русской культурой и духовными традициями. Патриарх отметил, что без таких знаний им трудно будет освоиться в новой для них реальности. Да и вообще помощь страждущим — долг каждого христианина.

Стратегии Кирилла, это очень плотное сотрудничество с государством. Прошедший советскую выучку, Кирилл однозначно лоялен нынешней власти, но за этой лояльностью чудится порой порыв к самостоятельному мнению и независимости. Конечно, чисто теоретически правящая верхушка РПЦ могла занять более амбивалентную, даже скептическую позицию относительно власти и ее вертикали, поддерживать страдающих от повсеместной несправедливости чинуш, ментов и т.д., простых граждан, шахтеров, нищих пенсионеров, брошенных отставников-военных, то есть униженных и оскорбленных, но на этой стезе Кирилл вряд ли бы смог реализовать свои сакральные амбиции. Церковь в России всегда была сильна своей государственностью и в противостоянии с властью терпела поражения. Государству Церковь тоже нужна. Зачем? Церковь придает государству дополнительную легитимность и сакрализирует её властную элиту. Не стоит верить постоянно повторяющимся мантрам Кирилла (причем, это постоянство уже несколько раздражает и как раз, подтверждает противоположное) о том, что Церковь вне политики и т.д. Это абсолютно не так. Влияние и участи как-раз и определяется количеством верующего народа. Назовете вы это политикой или "плодотворным диалогом" не важно, суть от этого не изменится. Как и не изменится благословение на исполнение полномочий президента Украины, которое дал Патриарх Московский и всея Руси Кирилл Виктору Януковичу.

Не так давно, тогда ещё президент Медведев жаловался Кириллу. Мол, государство пока недостаточно эффективно работает с соотечественниками за рубежом и в этом вопросе нуждается в поддержке Русской православной церкви. Ясное дело, что для внешнеполитического и международного имиджа страны (что в свое время прекрасно понимало руководство СССР и КГБ), авторитет РПЦ и лично Кирилла, более чем необходим. "Можно было бы подумать о совместных государственно-церковных инициативах в этой сфере", - сказал тогда Д.Медведев, добавив при этом, что и государство готово помогать Церкви в ее социальной деятельности.

Русская православная церковь политически нейтральна, но до определенных пределов. «Мы справедливо говорим о политической нейтральности Церкви, но мы не можем быть безразличны к заявлениям тех людей, которые претендуют на то, чтобы стать кандидатами в президенты или в депутаты, и которые в своих программных документах выражают идеи, противные учению Церкви ... Здесь заканчивается наша нейтральность ... Мы не можем своим молчанием как бы поддерживать губительную для человеческих душ позицию тех или иных политиков» (Патриарх Кирилл).
К пятилетию своей интронизации Патриарх Кирилл, через внешнецерковные стал одним из самых влиятельных политиков на постсовестком и мировом пространстве.

Третьим пунктом стратегии Патриарха является миссионерство. Речь идет о двух типах миссионерства – внутреннем и внешнем. Внутреннее – значит возвращение в религию «этнических православных», считающих себя принадлежащими к православной культуре, но фактически с ней незнакомых и ею не интересующихся. С помощью воцерковления, по мнению идеологов РПЦ, можно решить едва ли не все мирские проблемы, даже демографическую. Что касается внешнего миссионерства, то оно направлено против инославных конкурентов, в первую очередь протестантов, которые, по разным данным, привлекли в свои ряды от 1,5 до 2 млн. граждан России.

Этот пункт никак нельзя пройти стороной, без видения миссионерской проблематики изнутри "главного миссионера" и теперь уже опального дьяка А. Кураева: "Я мечтал, чтобы в церкви проснулась миссионерская мобилизация. Но я и подумать не мог, что она приобретет такие странные формы. Реальных миссионеров-энтузиастов отодвигают, а назначают на каждом городском приходе «штатного миссионера» без богословских знаний и опыта. Это профанация. Имитация бурной деятельности...Живой миссионер говорит живыми словами и потому неизбежно создает проблемы. А кому проблемы нужны? Вдобавок, у нас атрофировано чувство сословной солидарности. Епископ никогда не станет защищать своего священника. Вот в Читинской епархии отец Сергий Таратухин отказался освящать колонию, где тогда сидел Ходорковский. Потому что сам он в советские годы сидел в тюрьме и знал, в каких нечеловеческих условиях там содержатся заключенные. Он сказал, что не может освятить этот инструмент пытки. Его лишили сана.

Живой миссионер обязательно хоть кому-то да не понравится. Сколько будут его терпеть? Церкви нужны именно разноречащие и даже противоречащие друг другу миссионеры. Сегодня в обществе нет единого нравственного авторитета. Это значит, что и в церкви должны быть разно-мыслящие люди, которые способны налаживать диалог с разными социальными стратами и группами. Помню, митрополит Кирилл несколько лет назад очень правильно говорил, что «православие – это субкультура России». Именно не единый и общий культурный код, а субкультура. Одна из многих. И обреченная искать общий язык со многими другими субкультурами. С разными политиками и учеными, с рокерами и с детьми…"

Четвертый пунктом можно считать безпрецедентную церковную реституцию, которая сделала РПЦ крупнейшим в России собственником. 30 ноября 2010 года президентом РФ Д. А. Медведевым был подписан Федеральный закон Российской Федерации № 327-ФЗ «О передаче религиозным организациям имущества религиозного назначения, находящегося в государственной или муниципальной собственности», определяющий «порядок безвозмездной передачи в собственность или безвозмездное пользование религиозным организациям имущества религиозного назначения, находящегося в федеральной собственности, собственности субъектов Российской Федерации или муниципальной собственности». В итоге, имущество РПЦ можно сравнить с собственностью крупнейших российских госкорпораций – "Газпрома", РАО "ЕЭС России", "РЖД". Забавно, но только лишь составление реестра церковного имущества (земель, лесного и водного фондов, зданий и сооружений), начатое финансово-хозяйственным управлением Патриархии в 2010 году, до сих пор не завершено – о чём посетовал в своем докладе на Архиерейском Соборе 2013 г. (17-ым по счету начиная с Собора 8 сентября 1943 года) Патриарх Кирилл.

Пятым пунктом, я бы назвал борьбу с инакомыслием (справедливости ради отмечу, что в его радикальной форме) в информационно-политическом пространстве. Как справедливо отметил С. Щипков: "К этому Церковь подтолкнула сама жизнь, когда на гребне политических страстей 2011-2012 гг. представители либерально-оранжевого политического лагеря предъявили Церкви ультимативные требования: участвовать в политических противостояниях в составе одной из конкурирующих сторон либо стать объектом информационной атаки".

На сегодняшний день издается около 50 православных журналов , позицию Церкви озвучивают шесть радиостанций не считая ориентированных на зарубежного слушателя. В космосе зависли два спутниковых православных телеканала «Спас» и «Союз». Сейчас, перед Патриахом встала очень непростая проблема: как использовать интернет-пространство. Журналист Антон Александров считает, что на этом направлении «политика наращивания информационной мощи не может быть успешной для Церкви». Почему? Да потому, что формат Интернета зиждется на жесткой индивидуальности участника Сети, исчезает сакральность церковной миссии, зато устанавливается недопустимое равенство в общении между проповедником и интернет-пользователем.

К пятилетию своей интронизации Патриарх Кирилл эту проблему пока не решил.

Шестым пунктом, можно смело считать бизнес проекты. С приходом Патриарха Кирилла РПЦ МП превратилась в мощную российскую и международную бизнес империю. Лично я не вижу ничего плохого в том, что Патриарх аккумулирует гигантские финансовые резервы. Пикантность ситуации заключается только в одном - ради чего они концентрируются и куда в итоге направяться. Кто знает, может и правда на возрождение Руси.

P/S

Как это часто бывает в религиозной и религиозно-политической сфере, вступление на новый рубеж обеспечивает харизматическая личность. Кирилл, безусловно, некоторой харизмой обладает. Распорядись судьба иначе, нынешний Патриарх мог оказаться на вершинах светской политики (или бизнеса). Впрочем, он и так прочно закрепился в первых рядах наиболее богатых (о миллиардах Кирилла не пишет что самый ленивый. Тем более, что не для кого не секрет, что через свои социальный и благотворительные фонды "люди Кирилла" отмывают гигантские средства), влиятельных и супер-охраняемых политиков страны (как вы знаете, Патриарха Кирилла охраняет служба ФСО, которая ссылается на федеральный закон о государственной охране первых лиц государства).
Патриарх Кирилл уже давно воспринимается думающими людьми как политик, а уже только потом главой мощной религиозной организации. Идеи, доктрины, которые он выдвигает, воспринимаются как политические. Хотя, возможно, патриарх Кирилл считает, что именно таким путем он усиливает влияние церкви на жизнь общественности. После падения коммунистической идеологии, после упадка демократических стремлений во времена позднего Ельцина в России появилась идея «сильной руки», но к этой идее нужна была еще и какая-то идеология. Ею стала великодержавная идеология. В великодержавной идеологии России значительное место всегда отводилось церкви. Потому патриарх Кирилл со своими идеями «российского мира», идеями тесного сотрудничества церкви и государства востребован.

"Сто лет назад, в революционной горячке восстанавливая патриаршество, романтически голосовали против обер-прокуроров и не проговорили всерьез канонический статус Патриарха. И он так заметно стал дрейфовать в сторону «восточного папы». Боюсь, нас заразила бацилла папизма. Причем в таком масштабе, что католикам и не снился" (А. Кураев)

При написании публикации использовалась инфа из открытых источников Сети-Интернет


Tags: патриарх Кирилл
Subscribe

Recent Posts from This Journal

promo iov75 апрель 19, 2020 13:34 10
Buy for 40 tokens
Первая решительная победа жизни над смертью. Непрерывная война между ними – между живым духом и мертвым веществом – образует, в сущности, всю историю мироздания. Хотя и много насчитывалось побед у духа до Воскресения Христова, но все эти победы были неполные и нерешительные, только…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments